Нейросеть и данные клиентов: что проверить по 152-ФЗ до запуска

27 октября 2026 · 8 мин чтения

Откройте любой запрос, который ваш бот отправляет в языковую модель. Если там стоит имя клиента, телефон из подписи или адрес доставки, вы работаете с персональными данными через ИИ, и 152-ФЗ касается вас. Модели читать такой текст закон разрешает, но определяет, где лежит база, что можно отдать за рубеж и что подготовить до первого диалога.

Где имя и телефон попадают в запрос

Персональные данные по статье 3 закона — всё, по чему можно узнать человека. Номер заказа сам по себе никого не называет, но вместе с адресом доставки он указывает на конкретного покупателя. Поэтому читайте весь текст, который уходит в модель, вместе с тем, что клиент написал своими словами и приложил файлом.

В запрос данные приходят разными путями:

• клиент сам пишет в чат имя, телефон и адрес,
• оператор вставляет в нейросеть переписку целиком, вместе с подписью и цитатой предыдущего письма,
• агент подтягивает из CRM карточку клиента, чтобы ответить по истории заказов,
• голосовой бот передаёт расшифровку звонка, где клиент продиктовал паспорт или карту,
• в счёте от предпринимателя стоят его ФИО и ИНН, а он тоже физическое лицо.

Карточку из CRM, расшифровку звонка и реквизиты из счёта в окне бота не видно, их замечают, только когда читают сам запрос. Звонки закон не выделяет: расшифровку и запись голоса хранят так же, как переписку.

Что оформить, зависит от того, где работает модель

Собранные данные граждан России записывают и хранят в базах на территории страны, а с 1 июля 2025 года держать такую базу за рубежом прямо запрещено (ч. 5 ст. 18). Так закон говорит о том, где данные хранят, когда их собирают. Отправить текст в зарубежный API можно: это трансграничная передача, и о ней оператор заранее уведомляет Роскомнадзор (ст. 12).

Вторая строка подходит проекту без своего сервера для модели: база и ключ замены лежат в России, а модель получает текст, в котором вместо имени стоит метка. Если обезличить нельзя, остаются облако в России или модель на своём сервере, и второе обходится заметно дороже.

Если база лежит за рубежом, юрлицо платит от 1 до 6 млн ₽, а за повторный случай до 18 млн ₽ (ч. 8 и 9 ст. 13.11 КоАП). За утечку с 30 мая 2025 года штрафуют по отдельной шкале, и сумма растёт с числом записей, которые утекли.

Как обезличить запрос и убедиться, что это сработало

Перед отправкой скрипт находит в тексте имя, телефон, почту, адрес и номера документов, заменяет их метками вида [ИМЯ_1] и [ТЕЛ_1] и записывает, что чем заменил, в таблицу на сервере в России. Модель отвечает с метками, а скрипт возвращает настоящие значения перед тем, как ответ увидит клиент.

Телефоны, почту и номера паспортов ловят регулярные выражения. Имена и адреса искать сложнее, для них есть открытые библиотеки, которые размечают русский текст, например Natasha. И то и другое промахивается, когда клиент опечатался, написал имя со строчной или назвал номер словами.

Проверить замену можно за вечер:

1. Возьмите две сотни настоящих обращений из чата или почты за прошлый месяц.
2. Прогоните их через обезличивание и сохраните то, что ушло бы в модель.
3. Поищите в результате цепочки из шести и больше цифр, символ @ и слова «улица», «дом», «паспорт».
4. Каждую находку разберите руками и добавьте правило, которое её поймает.

Прогоняйте проверку заново каждый раз, когда меняете промпт или подключаете новый источник. Если агент начал брать карточку из CRM, в запросе появились поля, которых вчера не было.

Куда уходит то, что вы обезличили

Запрос к модели — только одна копия текста. Диалог с телефоном целиком может остаться ещё в нескольких местах:

• в логах вашего сервера, если код пишет запросы целиком для отладки,
• в сервисе трассировки, который показывает разработчику цепочку вызовов модели,
• в истории запусков облачного конструктора сценариев, вместе с входными данными,
• в сервисе, который ловит ошибки и при сбое забирает весь контекст,
• у провайдера API, который держит запросы у себя, чтобы ловить злоупотребления, и сам пишет, как долго.

У части этих сервисов серверы стоят за рубежом. Если обезличивание стоит в коде после записи лога, исходный текст с телефоном получают и логи, и трассировка, и сервис ошибок.

Как это выглядит: интернет-магазин товаров для дома с ботом на сайте, около двухсот диалогов в день. База заявок лежала на сервере в Москве, в модель уходил текст с метками. При проверке перед подачей уведомления выяснилось, что сервис трассировки, подключённый разработчиком на этапе пилота, хранил полные диалоги с телефонами в европейском облаке уже четыре месяца.

>

Трассировку переключили на запись только обезличенного текста, старые записи удалили через поддержку сервиса, обезличивание перенесли в самое начало обработки. На переделку ушла неделя работы одного разработчика. Галочку согласия, которая была пунктом оферты, заменили отдельным документом.

Я бы начинал аудит с логов: их включают на время разработки, а после запуска они продолжают писать каждый диалог.

Согласие и политика на сайте с ботом

Бот, который собирает имя и телефон, работает по тем же правилам, что и форма заявки. До первого вопроса бота нужно подготовить:

• политику обработки персональных данных, опубликованную на сайте (ч. 2 ст. 18.1),
• согласие на обработку, с 1 сентября 2025 года оформленное отдельно от оферты и пользовательского соглашения,
• уведомление Роскомнадзора об обработке персональных данных (ст. 22), которое подают до её начала.

В политике прямо укажите, что обращения обрабатывает программа с языковой моделью, и перечислите страны, куда уходят данные, если такая передача есть. Тогда текст уведомления о трансграничной передаче и текст политики совпадают, и на проверке не придётся объяснять расхождение.

Подрядчик, который собрал бота, работает по вашему поручению (ч. 3 ст. 6). Оператором остаётся компания, чьи клиенты пишут в чат. Готовый пакет документов от подрядчика экономит время юриста, но ответственность на подрядчика не переносит. Такой пакет входит в наш тариф под ключ для Digital Broker, цена от 39 900 ₽ разово и абонентка.

Если клиент просит удалить данные или случилась утечка

На запрос клиента о его данных оператор отвечает в течение 10 рабочих дней, срок можно продлить ещё на пять с уведомлением клиента (ст. 14). В системе с ИИ для этого нужно найти все копии диалога, включая логи и трассировку из списка выше, и удалить их по требованию.

Об утечке Роскомнадзор уведомляют в течение 24 часов с момента, когда её обнаружили, а через 72 часа сообщают результаты расследования (ч. 3.1 ст. 21). За сутки не успеть разобраться, если никто не знает, куда агент складывает переписку. Схему движения данных стоит нарисовать заранее, пока нет инцидента.

Что проверить на этой неделе

Список на один рабочий день, без юриста на первом шаге:

1. Выпишите все места, где ваш бот или агент получает текст клиента, и все места, куда этот текст уходит.
2. Для каждого места запишите страну сервера.
3. Прогоните две сотни настоящих обращений через обезличивание и поищите остатки.
4. Откройте логи, трассировку и историю конструктора и посмотрите, что там лежит.
5. Сверьте политику на сайте с тем, что нашли: страны, цели, сроки хранения.
6. Решите, подаёте ли уведомление о трансграничной передаче или обезличиваете всё до отправки.

С этим списком разговор с юристом пойдёт о ваших данных и займёт меньше времени. Если подрядчик ещё не выбран, задайте ему вопросы про данные и сервер до подписания договора.

Частые вопросы